Татарский язык окружает нас гораздо плотнее, чем мы привыкли думать. Мы используем его почти каждый день, просто не всегда об этом догадываемся. Давайте разберемся, как так вышло и почему это — приятный повод для гордости за нашу общую культуру.
Татарский язык — настоящий гигант по российским меркам. По данным института РАН, на нём сегодня говорит около 4,3 миллиона человек. Чтобы представить масштаб — это больше, чем всё население Грузии или Хорватии целиком. Основное сосредоточение татарского языка, конечно, в Татарстане, но его прекрасно слышно и в Башкортостане, Чувашии, Мордовии, Удмуртии, в сибирских регионах, под Оренбургом, в Астрахани и Тюмени.
При этом татарский — это не монолит, а целых три крупных диалекта: казанский, мишарский и сибиро-татарский. Иногда носители из разных уголков могут даже слегка недопонять друг друга. Например, знакомое всем слово «чәй» (чай) в Казани прозвучит мягко — как «щяй», в Сибири тверже — как «цай», а мишары произнесут его ближе к привычному «чяй». Такое разнообразие — не недостаток, а показатель живой, богатой речи.
Почему татарская речь звучит для русского уха так певуче и мягко? Всё благодаря закону гармонии гласных. Грубо говоря, это правило, при котором звуки внутри слова подстраиваются друг под друга, создавая этот самый эффект напевности. А ещё татарский — это лингвистический конструктор, или, говоря научно, агглютинативный язык. Слово собирается как бусины на нитку: к основе добавляются части, которые означают число, направление, принадлежность, время и даже отрицание. Взгляните:
китап — книга;
китаплар — книги (добавили -лар);
китапларда — в книгах (добавили -да);
китаплардагы — тот, что в книгах (добавили -гы);
китаплардагылар — те, что в книгах (добавили ещё -лар).
Красиво, логично и безумно интересно, правда?
Теперь самое весёлое. Оказывается, мы с вами давно и свободно говорим на татарском, даже если никогда его не учили. Вот небольшой список слов, которые мы считаем родными русскими, а они пришли к нам из тюркского мира: деньги, карандаш, утюг, колбаса, камыш, кузов, таможня, тормоз, базар, сундук, сарай, караул, кафтан, казна, чулок, кушак, арбуз, тулуп, башмак, ямщик, арка, чемодан, туман… Даже бодрое «Ура!» многие лингвисты связывают с тюркским словом «ур» — «бей» или «ударь». Чувствуете прилив патриотизма? Это нормально.
А как вам выражение «ни бельмеса», которое мы слышим в фильмах и книгах, когда герой окончательно запутался? Это буквально «не знает» с татарского. У Антона Чехова в рассказе «Дочь Альбиона» так и написано: «Всё одно, ни бельмеса по-русски не смыслит». Или знакомый уличный оборот «баш на баш» — он не из блатного жаргона, а из речи торговцев скотом. «Баш» — голова, и фраза означала «голову за голову», то есть честный, равноценный обмен. Никаких махинаций, всё по справедливости.
Обмен словами между русскими и татарами активно пошёл с XIII–XV веков, во времена Золотой Орды. Тюркская речь тогда звучала по всему Поволжью и в южных княжествах. Торговать и договариваться надо было на одном языке. Историки подтверждают, что многие русские князья знали хотя бы азы тюркской лексики по власти, деньгам и войне, а при московских царях уже работали профессиональные переводчики — толмачи. Казанский историк Рафаэль Хакимов и вовсе утверждает, что татарский язык какое-то время выполнял роль международного дипломатического языка. Академик Василий Бартольд упоминал, что Россия и Персия общались между собой именно на татарском. А еще есть сведения, что грамоты царя Алексея Михайловича к китайскому императору Шен Цзу в конце XVII века писались сразу на двух языках — латыни и татарском. Представляете уровень?
И вот приятный бонус для тех, кто захочет выучить татарский. Приехав в Турцию, Казахстан, Кыргызстан или Азербайджан, вы с удивлением обнаружите, что понимаете вывески, меню и отдельные фразы. Потому что все эти языки — близкие родственники по тюркской семье. Примерно как испанский и итальянский. Посмотрите сами:
вода — су — su;
море — диңгез — deniz;
мясо — ит — et;
работа — эш — iş;
молоко — сөт — süt;
озеро — күл — göl;
дождь — яңгыр — yağmur;
палец — бармак — parmak.
Звучит почти как строчка из учебника, а на деле — мостик между культурами.
Так что когда в следующий раз услышите «ура», положите в чай лимон или задумаетесь, стоит ли менять шило на мыло баш на баш, — улыбнитесь. Потому что знание о том, как тесно переплетены наши языки, делает повседневную жизнь немного теплее. А это уже немало.